Цитата дня

ВИТАЛИЙ МИКОЛЕНКО

У меня 350 песен в плейлисте. Есть альбом "Руки Вверх", есть песня "Би-2", "Скриптонит", "Баста"... У меня все есть. Артур Пирожков есть

Главная / Интервью / Филипп Будковский: "Захотелось вернуться на родину - так сказать, чтобы "реанимироваться"
30.01.2019, 15:11
Зарубежная карьера украинского нападающего Филиппа Будковского последние два с половиной года не была устлана розами. Пришлось столкнуться с самыми разными трудностями и даже испытать разочарование. Но, набив шишки в попытке вкусить легионерского хлеба, он вернулся туда, где его ждали - в «Зарю».  
 
- Что испытывает футболист, после долгих странствий возвратясь на родину, да еще и в родную команду? 
 
- Только положительные эмоции! Да разве может быть по-другому: ведь я вернулся в коллектив, в котором многих знаю - как в тренерском штабе, так и среди футболистов.
 
Благодаря совместной работе с ними я кем-то стал, чего-то добился. Ощущение, будто возвратился в семью. Будто не на два с половиной года расставались, а лишь на время отпуска. 
 
- За это время в команде многое изменилось?
 
- Если говорить об атмосфере в коллективе, то она по-прежнему приятная, дружеская. По части же кадров незначительные изменения есть. Александр Грицай, с которым мы вместе играли, сейчас работает тренером. То же касается Григория Ярмаша, недавно сменившего профессию.
 
- Со времен сезона-2015/16, после которого вы покинули луганский клуб, в нем остались лишь пятеро - Вячеслав Чечер, Артем Гордиенко, Александр Караваев, Дмитрий Хомченовский и Никита Каменюка. Как встретили давние партнеры?
 
- Старожилы, как и пришедшие за время моего отсутствия футболисты, приняли очень хорошо. Что не может не радовать. (Смеется).
 
- Грицая и Ярмаша теперь называете по имени-отчеству?
 
- Разумеется. Это обычная практика. Они теперь тренеры, я их подопечный. Все в соответствии с субординацией. Приятно работать под их руководством. Видно, что они постепенно приобретают опыт.
 
- Что послужило толчком к вашему решению вернуться в Украину?
 
- Мое положение в прежнем клубе - «Сошо». Там я долгое время не играл, и голов по понятной причине не было. Вот и захотелось вернуться на родину - так сказать, чтобы «реанимироваться». Поговорил с агентом, началось общение с Юрием Николаевичем и Сергеем Васильевичем (тренером «Зари» Вернидубом и гендиректором Рафаиловым. - Прим.В.К.). Я был очень заинтересован в переходе в «Зарю», и к счастью, все срослось.
 
- Интересная ситуация: все, кто не так давно уходил из луганского клуба, один за другим возвращаются. Сначала Караваев, затем Каменюка, Хомченовский, Виталий Вернидуб, а в последнее время - Игорь Чайковский, Максим Белый…
 
- Для меня «Заря» стала вторым домом. Привычная атмосфера, почти все - свои ребята. Совсем не так, как когда ты идешь в другую команду, а там абсолютно все новое и незнакомое. Уходит время на адаптацию и поиск общего языка. А требования «Зари» мне хорошо знакомы.
 
- Что сказал вам Вернидуб при встрече?
 
- Разговор был в шутливой форме: мол, как съездил на экскурсию по Европе? Я и отшутился в таком же ключе. А если серьезно, то приняли меня в клубе хорошо. Снова повторюсь: атмосфера в команде замечательная. Дай Бог, чтобы она была всегда такой. 
 
- Не жалеете, что, уйдя в «Анжи», упустили возможность выиграть с «Зарей» бронзовую медаль?
 
- Тогда я принял для себя такое решение - что уж теперь жалеть? Время прошло, это пройденный этап. Думал ли об этом? Мысли были разные. Зато теперь мне есть к чему стремиться.
 
- Помимо «Анжи» вы успели поиграть еще в двух зарубежных клубах - бельгийском «Кортрейке» и французском «Сошо». Как в них оказались?
 
- Все решалось с агентом. Он мне говорил: на данный момент есть такой-то вариант. Я брал время на раздумье, после чего говорил о своей готовности. Сейчас понимаю, что в чем-то мои решения были поспешными.
 
Во-первых, существовали проблемы с адаптацией, во-вторых, никакой помощи после моего трудоустройства ждать не приходилось. А ведь в чужой стране и новом клубе у легионера возникает много разных нюансов.
 
К счастью, все уже позади. Хотелось бы поскорее перевернуть те страницы и начать в «Заре» все с чистого листа. Стремясь повторить то, что было в период моего былого выступления в этом клубе.
 
- За два с половиной года в вашей карьере события менялись с калейдоскопической скоростью. Вас это не утомляло?
 
- Когда у тебя семья, а каждые полгода в карьере происходят перемены, связанные с переездами, это, конечно же, тяжело. Хотелось стабильности - чтобы осесть на одном месте года на два, и не испытывать проблем с игровой практикой.
 
Но, увы, все складывалось иначе: то в одном клубе полгода проведешь, то в другом… К тому же в них все постоянно менялось: приходили новые тренеры, у каждого было свое видение футбола. Они приводили своих игроков, а тебе говорили: «Продолжай работать, мы дадим тебе шанс».
 
Но шанса в итоге ты не получаешь. А какой смысл находиться в клубе, где не играешь?
 
- Пытались поговорить с тренерами откровенно?
 
- Конечно. Когда был в «Кортрейке», поначалу команду возглавлял тренер из Греции. При нем все нормально начиналось, я играл. Но потом его поменяли. Новый наставник сразу заявил «Буду ставить в состав тех, с кем работал, или бельгийцев». Ну, а мне сказал: ты должен радоваться, что сидишь на скамейке, а не на трибуне. А мне-то что, я ведь на поле все равно не выхожу.
 
В «Сошо» тренером был испанец. В первом матче за этот клуб я отыграл нормально, но вскоре в аренду из Испании приехал легионер - он, правда, не испанец. Кстати, из того же клуба, откуда пришел весь штаб. Новичка вместо меня сразу начали ставить в состав. И какую бы игру он ни показывал, именно он выходил на поле.
 
Естественно, меня это равнодушным не оставляло. Я неоднократно подходил к тренеру, разговаривал на эту тему. Он говорил: все хорошо, твоя работа мне нравится. А когда я спрашивал, есть ли ко мне замечания, тренер отвечал: «Придет твое время, дам шанс». Но шанса в полном понимании этого слова я так и не получил - выходил в самом конце матча минут на пять-десять.
 
Разумеется, за столь короткий отрезок времени попросту не успевал что-либо показать. Затем на смену испанцу пришел французский тренер, который также говорил, что все хорошо. Но на поле меня не выпускал совсем.
 
- Бельгия и Франция вам понравились?
 
- Бельгия - страна небольшая. Самый дальний выезд занимал всего три часа на автобусе. Всегда пользовались только этим транспортом. На гостевые матчи выезжали в день игры, и лишь однажды было решено выехать на сутки раньше - соперник нас ждал Эйпена, а это на границе с Германией. Чуть дальше по расстоянию.
 
Другое дело - Франция. В чемпионате этой страны есть клубы, дислоцирующиеся на острове. Туда нужно только летать. В Париж, к примеру, отправлялись за день до матча на скоростном поезде. В отличие от автобуса, на котором такое расстояние преодолевается за шесть-семь часов, в столицу добирались всего за полтора часа. 
 
- Языковой барьер в обеих странах не мешал?
 
- Когда выступал в Бельгии, стало немного полегче с приходом Жени Макаренко. Он еще в Киеве занимался изучением английского, что впоследствии пригодилось. Кстати, этим языком в бельгийских городах владеют почти все. Хотя официальные - фламандский, французский и немецкий.
 
Во Франции же по-английски не разговаривает никто. Французы его даже не учат в школе. Если кто-то «инглиш» и знает, то общается весьма неохотно. В обеих странах мой английский немного подтянулся, и общаться было проще. Хотя в рабочем процессе и без английского обходился, выучив наиболее используемые футбольные термины - «вправо», «влево», «вперед», «назад».
 
Стоит отдать должное одноклубникам, которые также развивались, пытаясь разговаривать на английском. Кстати, и по-русски они тоже понемногу стали говорить, но только плохие слова. (Улыбается).
 
- Вы их этому научили?
 
- Когда в игре или на тренировке не забивал, такие словечки невольно вырывались. Вот они и запоминали. Переняли немало слов в «Сошо» и от Адольфа Тейку, который владеет русским - он играл в Украине за запорожский «Металлург» и «Черноморец», выступал и за российские клубы.
 
Когда я в сердцах произносил какое-то слово, партнеры по французскому клубу повторяли его без труда - видимо, раньше они его уже слышали. (Улыбается).
 
- Условия в бельгийском и французском клубах были хорошими?
 
- В «Кортрейке» игроку предоставляется возможность выбрать одну из квартир, которая у клуба на балансе. Если какая-то понравилась, то она обставлялась необходимой мебелью. Ее, к слову, предоставляла одна из мебельных фирм, являющихся спонсором клуба.
 
В «Сошо» такого нет. Для выбора квартиры мне выделяли риэлтора. Но при такой помощи - уж лучше без нее. Приходилось заниматься всем самому.
 
Через онлайн-переводчик писал людям, владевшим правами на понравившуюся квартиру, получал ответы. В итоге через два или два с половиной месяца все же сумел найти жилье. Это был дом. С его хозяином договорились, что он будет сдавать его не посуточно, а помесячно. 
 
- За рубежом все время находились с семьей?
 
- В основном да. Правда, с визами были некоторые проблемы. В год по категории D членам семьи можно было находиться в стране только три месяца. Время искусственно приходилось растягивать. В общем, сложностей хватало.
 
- Франция входит в пятерку лучших европейских чемпионатов. Разницу с украинским футболом сразу ощутили?
 
- «Сошо» - клуб первого дивизиона. Его отличал силовой футбол без каких-либо комбинаций. Комбинировать стали после прихода испанского тренера, пытавшегося привить стиль игры «Барселоны». Но там игра строилась просто, ведь в «Сошо» преимущественно играют французы, являющиеся обладателями двух паспортов.
 
Все они ребята крепкие, играющие за счет длинных передач, подборов. Не сказал бы, что все строится через пас. А если пропускаешь мяч, то команда «закрывается» и становится уже тяжело.
  
- Что вас удивило во Франции больше всего?
 
- «Желтые жилеты». Было это в каждом городе. Люди разных возрастов выходили на дороги и перекрывали их. Когда бензин повысился с 1,40 евро до двух, сразу началось протестное движение, добившееся снижения стоимости.
 
К гласу народа во Франции прислушиваются, там умеют бороться за свои права. Хотя у французов менталитет своеобразный. Они ленивые, никуда не спешат, живут размеренной жизнью. Но вот общности в выбранной цели у них не отнять.
 
- Известно, что французская кухня имеет свои особенности. Вы это на себе ощутили?
 
- Там, где я жил, а это восточная часть Франции, граничащая со Швейцарией, специфики не заметил. Скажем, лягушачьих лапок в Сошо вообще не было. В ресторанах в основном подавали традиционные блюда. Можно было заказать салат «Цезарь» или пасту.     
 
- Но лапки-то в другом регионе успели попробовать?
 
- Когда были с женой в Париже. По вкусу они напоминают мясо молодой курицы. 
 
- Чем оказался полезен зарубежный опыт?
 
- Во-первых, понял, что за границу нужно ехать не на правах арендованного игрока. На своих футболистов с контрактами в каждом из клубов рассчитывают куда больше. Хотя бы потому, что их можно потом продать. А к арендованным отношение совсем другое: в каком-то матче можно не поставить или вообще не вписать в заявку.
 
Во-вторых, чтобы рассчитывать на благосклонное к тебе отношение, нужно быть сильнее любого иностранного футболиста в зарубежном клубе. Если уровень мастерства одинаков или чуть слабее - шансов играть нет никаких!
 
- В «Зарю» вернулись надолго?
 
- Контракт подписан на два с половиной года. Соглашение действует на полноценной основе - права на меня со стороны «Шахтера» полностью перешли к «Заре». Рад, что так произошло. Давно хотел, чтобы в моей карьере случились перемены. Надеюсь, они будут к лучшему.
 
Добавить комментарий
от имени