Цитата дня

ЮРИЙ БЕРЕЗА

Надо брать тех, кто хочет играть, будет играть и будут рвать задницу. Сейчас это не сборная Украины, а мюзикл Крещатика. Мнения на поле не было, они вообще не думали

Главная / Интервью / Алексей Дрозденко: "Венгер эксперт. А кто такой Леоненко"?
05.06.2014, 14:15

Имя Алексея Дрозденко хорошо известно в футбольных кругах Украины. Он много лет верой и правдой служил родному «Шахтеру» и в качестве игрока и в качестве тренера. Не найдя общий язык с голландским руководителем Академии донецкого клуба Хенком ван Стее, Алексей Митрофанович Дрозденко перешел на работу в другой донецкий клуб «Олимпик», где плодотворно отработал пять лет, возглавляя детско-юношескую школу этого клуба.

Сейчас он на заслуженном отдыхе, но, несмотря на солидный возраст (28 февраля отметил свой 73-й год рождения) Алексей Митрофанович внимательно следит за всеми футбольными событиями.

– К мемуарам я сейчас отношусь совсем по-другому, хотя в свое время очень много их читал. Как-то довелось прочитать воспоминания одного известного человека, с которым довелось играть вместе, и которого уже нет в живых. Так вот он описывал события, свидетелем которых был и я. И я увидел, что все не так было на самом деле. Он говорил о тех вещах, которые ему были известны со слов других людей, хотя сам он не был участником того, о чем шла речь. И тогда я подумал о том, что может все мемуары, так пишутся.

Любой человек может что-то забыть или что-то приукрасить. А журналист может добавить что-то просто от себя. Поэтому я стараюсь быть очень аккуратным в своих интервью. Всегда задаю себе вопрос, а зачем это нужно? Что оно дает? Хотел кто-то чему-то научиться или использовать это в своей профессиональной деятельности?

– Недаром говорят, что лучше учиться на чужих ошибках... И почему не познакомиться с опытом того, кто имеет огромный опыт в той иной сфере деятельности. В данном случае в футболе?

– Задавать вопросы нужно для того, чтобы получать на них ответы. Правильные ответы. А то, как в анекдоте: «Ну, ты и сказал! А в ответ: «Ну, ты и спросил?». Знаешь, я порой задумываюсь о том, что некоторые воспоминания приносят не пользу, а вред, особенно молодому поколению. 

Взять недавнее интервью, которое было широко растиражировано в прессе очень уважаемого мной, блестящего в прошлом футболиста Вити Серебряникова. Скажу честно, мне было противно это читать. У меня есть очень серьезные претензии к тому журналисту, который все это написал… 

Ведь надо понимать и почтенный возраст, и состояние человека, с которым беседуешь. Мне кажется то, что было опубликовано, было сказано под градусом. Это мерзкая провокация! Так были оскорблены футболисты и тренеры, которые прославляли советский и украинский футбол в шестидесятые и семидесятые годы. Поверь, я хорошо знал всех тех, о ком шла речь в той статье. Вранье полнейшее! И сам себя Виктор Петрович унизил благодаря вот такому, язык не поворачивается сказать, «интервью».

– Вы знаете, Алексей Митрофанович, я его фирменные штрафные до сих пор помню. Сейчас так забивают Месси и Роналду, которых по праву считают лучшими футболистами мира.

– В начале своей тренерской работы всегда ставил Витю Серебряникова в пример. Говорил: «Ребята, смотрите! Как он натренировал свои знаменитые удары». Словно рукой забрасывал мячи в «девятки». Я не видел, как он это тренировал, но абсолютно уверен, что такое возможно только при кропотливой каждодневной работе. Причем все это делалось, после окончания основных тренировок.

Я внушал ребятам: «Работайте, трудитесь, и вы будете делать то, что делает Серебряников». Думаю, что если они сейчас прочитали то пресловутое интервью, то подумали: «Как же нас дурачил Дрозденко, рассказывая о его трудолюбии, ведь оказывается Серебрянников был пьяницей. А нам его в пример ставили». Получается, что в футбол тогда играли алкаши, которые только и делали, что бухали и продавали друг другу игры!

– Увы, подобные материалы часто можно прочитать.

– Читаю интервью Йожефа Сабо, где он говорит об «алкоголиках» Валерии Воронине и Льве Яшине. Это ведь величайшие футболисты, которых знал весь футбольный мир и сам Сабо в том числе. Оказывается, что они пьяницы!

Как же после этого можно учить молодых пацанов, если говорят и пишут, что Яшин с утра до вечера выпивал и пачками курил папиросы. А еще одного великого как размазали – я имею в виду Стрельцова. Насильник, пьяница… И Великого Козьмича – Валентина Иванова – тоже прилично «поливают» современные мемуаристы. Зачем? Кому это нужно?

Бесит появление такой «замечательной» рубрики «Футбол и алкоголь». С ума сойти! Оказывается, величайшие Виктор Маслов и Валерий Лобановский тоже любители «зеленого змия». И сколько еще имен называют эти «знатоки» футбольной истории.

Чтобы наш футбол двигался вперед, нужно говорить о его проблемах и недостатках, о путях их преодоления. Ведь то обгаженное поколение, на всякий случай в 1966-м году стало призером чемпионата мира, а еще трижды играло в финальных матчах чемпионатов Европы. О таком нынешним футболистам и мечтать не приходится. Второй раз подряд мы пролетаем мимо чемпионатов мира, а в финальном турнире Европы сыграли один раз, но не благодаря тому, что прошли отбор, а за счет завоевания нашей страной право провести финальный турнир. Да и то из группы не вышли…

– Жаль, конечно. Давайте все-таки больше о самом футболе. 

– Для начала о подготовке резерва в нашем футболе. Вот сейчас создано много Академий, а проблема воспитания отечественных игроков стоит остро. Легионеров много, но отнюдь не все они высококлассные игроки. Вот пишут, что раньше все было плохо. Так ли?

Как было тогда? Были группы подготовки при командах мастеров и тренеры, которые там работали, в том числе и в «Шахтере». Воспитывали хороших футболистов: Дегтерева, Звягинцева, Чановых, Дудинского… Кстати, сколько ребят пришло из областных команд.

– Дрозденко например?

– Было дело. А еще Петров, Горбунов, Ребров, Варнавский, Соколовский. Тут перечислять можно очень долго. А сейчас этого нет. Почему? Давай проанализируем.

Начну с личного примера. Я гонял мяч во дворе в родном Чистяково. Потом играл в шахтной команде, куда пробился со второй попытки. Туда, кстати затащил друг, который был на пару лет старше. Что ценного в этой информации? То, что я всегда вспоминаю первого тренера, который, правда, не сразу разглядел во мне задатки футболиста. Это Кириченко Александр Васильевич. Я не скажу, что он был выдающимся тренером, но он меня многому научил, и главное, что я до сих пор это помню. Это плюс. А обиды на него у меня не было, когда он меня отсеял. Ведь было где играть. Например, за горный техникум, куда я поступил. Да и других команд хватало. Это важно. 

– А что, он вам сказал, когда все-таки принял в команду?

– Просто сказал, что сразу не оценил, не увидел, мол, такое бывает. К чему я об этом вспомнил. Это отличный пример для нынешнего поколения тренеров работающих с юношами. Приходит, скажем, на отбор 100 человек, отбирают 18, а остальных бракуют. Значит, они неперспективны. Но из тех 18 не факт, что будет толк. И за такое решение, на мой взгляд, поспешное, нужно отвечать. Ведь наверняка среди непринятых, были талантливые мальчишки, которые в силу каких-то обстоятельств, не смогли сразу проявить себя. А их забраковали…

Мне говорят, тогда было другое время. Да время другое, но меня отбирали в семнадцать лет, а сейчас отбор идет уже с шести лет. 

– И что дальше делают забракованные?

– А дальше забракованный «Шахтером» Дима Хомченовский приходит в «Олимпик» и потом становится игроком национальной сборной. 
Я не имею права обвинять никого. Просто скажу, что в шесть лет невозможно оценивать перспективы мальчишки. По каким критериям вы их определяете эти перспективы? Насколько они эффективны? 

– И что делать?

– Пересмотреть все критерии отбора. Объясните мне, почему он происходит в шестилетнем возрасте? Почему забытые Пономаренко, Бикезин, опыт которых бесценен (хотя почему-то забыт), отбирали в тринадцать-четырнадцать лет и давали результат. Знаешь, я считаю, Петра Андреевича Пономаренко лучшим детским тренером. Таких результатов как он добивались не многие во всем нашем огромном советском футболе. А у него никто не учился, никто не интересовался его системой работы. Почему так происходит?

– Скажу, что я горжусь тем, что был знаком с этим великим тренером и очень скромным человеком. И знаю, что огромная армия его воспитанников вспоминает Пономаренко с огромной благодарностью. И не только те, кто стал большими игроками.

– Знаешь, когда я говорю о Пономаренко, нынешние тренеры, мне отвечают: «Что вы сравниваете? Тогда было другое время!». 

– А вы в ответ?

– Учу математике. Пономаренко отбирал с тринадцати, а вы с шести. Посчитайте разницу. Вы сделайте за семь лет из мальчишки такого, какой приходил к Петру Андреевичу в тринадцать. Говорил и говорю всем, в том числе и генеральному директору и директору Академии, что в шесть лет невозможно определить задатки будущего футболиста. Рано! Но меня не слушают.

Когда в Академию взяли первым руководителем уже упомянутого голландского специалиста, я откровенно сказал господину Палкину: «Сергей Анатольевич! Вы ошиблись с выбором. Он шарлатан, который мало разбирается в футболе. Будет идти время, а Академия будет топтаться на месте в своем развитии».

– Почему?

– Нет правильной стратегии работы. У нас очень густонаселенный район, большая область. У нас огромные традиции в воспитании классных футболистов. Поэтому, в первую очередь нужно организовать процесс и «накормить» своих мальчишек, а не выискивать таланты по всей стране, сделав на этом акцент. Но мне ответили, что дело в том, что нет талантов на донецкой земле. Исчезли! 

– Неужели так?

– Я ставлю вопрос. Что такое талант? Мы все запутались в том, что это значит. Вы журналисты, кстати, тоже злоупотребляете этим понятием. И тут и там слышу о том, что тот или иной футболист – очень талантливый, очень способный. Так что нужно понимать под талантом?

– И что?

– Талант – это способность человека делать такие вещи, которым его не учили. Это от природы. Он этим наделен. Таких мало, очень мало, единицы.

Еще любят говорить – способный. Что это значит? Умение обучаться, правильно? Научиться, совершенствоваться, добавляя что-то свое. А кто этому научит? Конечно тренер. А он способен это делать? Вопрос.

– Недаром говорят, что если ты умеешь что-то хорошо делать, совсем не значит, что ты сможешь научить этому других. То есть если футболист был классным игроком, многого добился, совсем не факт, что он научит делать тоже самое или нечто похожее мальчишку, который хочет стать хорошим футболистом.

– Да. Вот мы и разобрались, что такой талант и способность. В общих чертах, так сказать. Идем дальше. Способность в человеке может определить только тот, кто с ним работал. Я помню, когда говорил с Палкиным на эти темы, он мне сказал: «Алексей Митрофанович, я пригласил к себе наших тренеров из Академии, и они мне заявили, что они в восторге от Хенка. Такого руководителя у них никогда не было, они в восторге. А вы говорите, что он плохой. Кроме вас, так никто не считает». 

– И что вы ответили?

– Я сказал, причем, наверное, даже грубо, но зато откровенно, уж пусть не обижаются: «А где вы, видите тренеров?» 

– Жестковато, Алексей Митрофанович!

– Как есть. Ведь тренер это не тот, кто только получил лицензию и не тот, который играл когда-то в футбол (пусть даже на приличном уровне). Тренер это человек творческий, который живет и работает не сегодняшним днем, не по тем «конспектам», по которым его учили в свое время. А тренер это тот, который свои знания совершенствует и движется вперед. Он должен уметь предвидеть перспективу, предвидеть то, каким будет этот мальчишка, скажем, через семь лет или через четырнадцать, когда ему будет уже двадцать. А еще настоящий тренер должен чувствовать и предвидеть, куда движется футбол, каким он будет через десять, двадцать лет. Без этого нельзя.

– А Пономаренко был именно таким?

– Конечно. Он славился тем, что, будучи взрослым мужиком, умел разговаривать на понятном мальчишкам языке, мог найти подход к каждому из них. Ведь главное у него было не показать, как нужно сделать то, или иное футбольное действие, что ставится сейчас во главу угла. А рассказать, ведь слово всегда было первым, как это или то нужно выполнить. Вот наглядный пример, правда, из взрослого футбола. Олег Блохин. Умел на поле все. Как и сколько он забивал голов, я думаю, помнят очень многие. Но вот объяснить словом, как это нужно делать, своим подопечным он не сумел. Это речь о взрослых игроках, а ведь с детьми все еще сложнее.

Смотри, вот такая узнаваемая картина. Тренер, который хорошо технически оснащен, раз за разом показывает мальчишке, как нужно остановить мяч и сделать короткую или длинную передачу, или ударить по воротам. Показывает раз, показывает два, а результата нужного нет. Он начинает нервничать, зачастую злится на «нерадивого пацана». Обрати внимание, он не рассказывает, а показывает, говорит все время: «Смотри как нужно!». В чем проблема? А все просто. Не получилось раз, не получилось два, ребенок чувствует раздраженность тренера, а она бывает самой разной эта раздраженность…

– Словом и жестом можно убить всякое желание. Ведь появляется страх у мальчишки.

– Вот именно. А Пономаренко в таких случаях, подходил, успокаивал добрым словом и очень простым языком объяснял еще и еще раз. Он никогда не позволял себе негативной реакции. Ребенок, чувствуя такую поддержку, быстро добивался нужного результата.

– Вы знаете, я видел, как он разговаривал со своими подопечными, и часто бывая на тренировках многих известных и неизвестных тренеров, такого не видел ни у кого. Он просто обожал своих мальчишек. Нечто похожее было в родной Макеевке, где в семидесятые годы работал тренер-общественник, как говорили тогда, Виктор Иванович Петров, у которого начинали очень известные футболисты, которые потом играли и за «Шахтер».

– Петр Андреевич мог очень простыми и доступными словами объяснить, например, механику удара по мячу. Если такое тебе под силу, тогда ты Тренер. Если нет, то, увы…

И еще нужно быть очень терпеливым и сказать мальчишке: «Не переживай, не получилось сегодня – получится завтра. Обязательно получится!».

Возвращаясь к вопросу о способностях. Если ребенок воспринимает все это, он обязательно научиться, и значит, он расположен к обучению, значит, он действительно способный футболист, и с ним нужно работать дальше.

– Алексей Митрофанович, перед тренерами футбольных школ и академий ставится задача подготовить футболистов для первой команды.

– Сейчас говорят, а раньше делали. Невозможно готовить игроков из набранных шестилетних мальчишек. Это только «материал» из которого возможно может получиться футболист. Но главное все-таки, чтобы из него получился достойный человек. В советское время было такое понятие – учебно-воспитательный процесс. Потом потихоньку слово «воспитательный» убрали, и процесс остался только учебно-тренировочным. Но, а далее из обихода убрали и понятие «учебный» и что осталось? Правильно – тренировочный процесс.

– А зачем были нужны такие метаморфозы?

– А так проще. Легче оправдывать отсутствие результата в работе. Как говорит молодежь: «Найти отмазку».  Но это неправильно. Нужно искать причины того, почему не получилось. Если найдем, то будет прогресс. Если нет, будем топтаться на месте. Как только, мы отбросили учебу и воспитание, а стали только тренировать, долго никто не мог понять, что тренировать можно только функции. Функции можно натренировать, а остальному нужно обучать и воспитывать. Просто все.

Сейчас постоянно говорят, что у нас другой менталитет. Неправильный какой-то. Что ж как только научимся воспитывать и обучать, у нас будет правильный менталитет. Мы будем думать, и работать по-другому, а не говорить про менталитет. Не надо на него все спихивать. Как только мы научим правильно работать с мячом, правильно двигаться, научим культуре паса и владении своим телом, сразу улучшится и психологическое состояние.

– О психологии подробнее.

– Все очень просто. Если ты чего-то не умеешь делать, то стесняешься, боишься, пытаешься это как-то завуалировать. А если тебя правильно научили, ты уже психологически устойчив. Это важно для мальчишки.

Если научить правильно бить по мячу, то сразу улучшиться такой важный аспект футбола, как реализация голевых моментов. Часто ведь слышим: «Моментов создали уйму, но реализация подвела». Вопрос возникает: «А почему?»

– И почему?

– Чтобы забить или хотя бы попасть в створ ворота, нужно правильно бить по мячу. Ведь по мячу можно бить по-разному. Делать вынос – это тоже удар по мячу. Длинная или короткая передача партнеру – тоже удар по мячу. Нужен такой удар, чтобы он имел смысловое значение.

– Это как у «Барселоны»?

– Да. Ее сейчас начинают списывать со счетов. Мол, говорят, заканчивается ее эра. Но ведь ничего вечного не бывает. А сколько лет мы наслаждались великолепной игрой этой команды. Да уйдут Хави, Иньеста, когда-то закончит и Месси, но сама идея игры останется. Появится новая плеяда игроков, которая будет исповедовать те же принципы игры. Но ведь такой футбол зародился не в «Барселоне», а давным-давно в Голландии.

– Вы имеете в виду великого Ринуса Михелса?

– Конечно, именно он в «Барселоне» и «посеял семена», которые взошли через много лет и дали такой «вкусный продукт». Но ведь, сколько было сделано работы в школе и академии, колоссальный труд. Они долго прибывали в поиске, и нашли и воплотили в жизнь идеи великого голландца. Нашли, потому что искали!

– Золотые слова.

– Я довольно любопытный человек, очень много читаю на футбольные темы, много «складирую». Еще, будучи игроком, ходил на тренировки многих специалистов, в том числе и Петра Андреевича Пономаренко.

– Это случилось в конце игровой карьеры, когда стали подумывать о тренерской деятельности?

– Нет. Намного раньше. Вдохновителем, наверное, стал Олег Александрович Ошенков, которого я считаю, великим тренером и горжусь тем, что играл под его руководством. Он был прекрасным оратором и педагогом, умел разговаривать с молодыми футболистами. Причем это был не монолог, а диалог. К чему я? Уже потом, я прочитал где-то, о чем думают  два человека, во время общения между собой, когда один все время говорит, а второй только слушает. Тот, кто слушает: «Ну, говори, говори Емеля!». А другой: «Или я такой умный, или он дурак?» Поэтому очень важен диалог. Знаешь, есть такое выражение: «В споре рождается истина». Только дискуссия должна быть аргументированной, и в ней не должно быть неприязни и злости. Тогда будет толк.

– Но ведь есть дистанция между тренером и футболистом. Это ведь фактор?

– Я уже вспоминал Олега Александровича Ошенкова. Так вот, когда я уже  тренировал дубль, был такой случай. Сижу я на базе Кирша, планирую какую-то работу, закурил. Я кстати, долгое время не был курильщиком и уже давно покончил с этим. А почему закурил? Травма у меня была очень тяжелая, снимал стресс и обезболивал. Речь шла тогда не о том, что я буду или не буду играть, а том, что до конца дней, возможно, буду ходить с палочкой. Я два месяца был прикован к постели, а сигарета позволяла «поплыть» и расслабиться. Даже врачи не возражали против такого «обезболивания». Ведь тогда медицина и фармакология были совсем другого уровня. Вот так было! Но курение, считал и считаю вредно для здоровья. И это касается не только футболистов.

Но вернемся к тому случаю. Так вот сижу, курю. Смотрю, подъезжает автомобиль. Из него выходит работник обкома КПСС, партия тогда нас курировала, и, подойдя ко мне, говорит: «Как вам не стыдно, вы – тренер, педагог и курите здесь на базе!»

– И что вы ответили?

– Знаете, я много лет был футболистом, у меня было много хороших тренеров, в том числе Олег Александрович Ошенков. Он и курил и выпивал. Ему было можно, он был не игроком, а тренером. И выпить алкоголь, не значит быть алкоголиком. Даже Иисус Христос говорил на эту тему. Почитайте!

Когда я был игроком, мне было не положено, не пить и не курить. Режим – дело святое! Мне нельзя, тренеру можно, и я очень спокойно на это реагировал. Вот такое отношение и есть воспитательная работа. К сожалению, повторюсь ее «выбросили».

– Очень зря?

– Ошенков, приступая к теоретическим занятиям, всегда хотел, чтобы на них был диалог между игроками и тренером. Для того, чтобы он понял мысль игрока. Он понимал, что если он будет что-то «вдалбливать» футболисту, а тот не понимает о чем идет речь, то это бесполезная трата времени. Например, Ошенков мог подойти ко мне и сказать: «Алексей! Вот в этой ситуации нам забили гол. Где ты был на поле в этот момент и почему на твой взгляд мы пропустили. Как ты видел эту ситуацию?». А я, честно говоря, забыл и начинаю мямлить. Он все понимает. Сыграл товарищ и забыл. А нужно ведь, если ты настоящий игрок, сначала самому проанализировать сыгранный матч. Что? Почему? Как?

Так вот Ошенков как делал. «Покажи, где располагались на поле ты и партнеры, а где должны были располагаться?» – спрашивал он у нас. Так вот понятно, что если мы обязательно разобрали эпизод, и нашли, в чем была ошибка, в следующей игре она уже не повториться.

Я все понял и старался четко разбирать какие-то эпизоды и однажды он мне сказал: «Алексей, ты все правильно разобрал. Из тебя может получиться хороший тренер!».

Тогда я учился в торговом институте, как и многие другие футболисты «Шахтера». Вот я и подумал – вряд ли из меня получиться «торгаш», и, наверное, будет лучше попробовать стать тренером.

– Ошенков вас переориентировал получается?

– Да, и я перевелся в Ворошиловградский пединститут и стал учиться на тренера. Учился на заочном, стараясь, лишний раз не отпрашиваться с тренировок, а уж тем более с игр. Это сейчас тренеры «учатся» вместе с подопечными контролируя процесс. Тогда все было по-другому…

Я стал присматриваться к тренировкам уже иначе. Меня заинтересовало, как работают с детьми. Для меня это было в диковинку. Я ведь сам в детской школе не учился, поскольку азы футбола познавал самостоятельно. Стал присматриваться к работе Пономаренко, Бикезина, других тренеров. Кстати, тогда многие футболисты ходили смотреть, как тренируются другие. Интересно было!

– Вы играли вместе с Лобановским и Базилевичем, скажите, вы чувствовали, что они будут тренерами?

– Конечно. Они все время дискуссировали, спорили с Ошенковым, а еще раньше, говорят, и с Масловым, когда играли в «Динамо». И Валера, и Олег читали очень много специальной литературы, в том числе и переводной. Они тогда много общались с Юрием Захаровым на эти темы. Короче говоря, их тренерская жилка обоих обозначилась очень рано. Они были творческими личностями. Какими они стали тренерами, напоминать не стоит.

– Сейчас говорят, что у нас в стране около 200 человек имеют право заниматься тренерской деятельностью. Но клубы часто отдают предпочтение иностранным специалистам. Дело в моде?

– Не только. Если у тебя есть диплом, то это еще не значит, что ты тренер. Хотя меня удивляют формулировки типа: «В «Таврии» работает иностранный специалист». Так он специалист или тренер?

Возникает еще один важный вопрос: «Способны ли мы, специалисты или тренеры, правильно работать с молодежью, обеспечить наш футбол качественными кадрами?».

– И что вы скажите по этому поводу?

– Если мы правильно ответим на такой вопрос, то сможем двигаться вперед. Если нет, будем топтаться на месте и покупать легионеров. Отговорка, мол, пропали таланты, уже честно говоря, надоела, а главное она очень удобна. Этим оправдывают свое бессилие, неумение работать. На мой взгляд, это происходит из-за отсутствия правильной системы подготовки футболистов.

– Ну и что делать?

– У нас очень приличная инфраструктура для подготовки футболистов. Взять Академию «Шахтера», аналогов ей в мире, наверное, не много, на мой взгляд. Я имею в виду поля, базы, материальное обеспечение (транспорт, питание, мячи, форма и т.д.). Команды различных возрастов могут ездить на турниры в Испанию, Германию, Англию и другие страны. Об этом Пономаренко и мечтать не мог. Ведь так?

Виктор Прокопенко, работая спортивным директором, как-то у меня спросил: «Как тебе условия работы в Академии?». Я честно ответил: «Идеальные! Нужно только правильно выстроить систему работы и все будет в порядке – будут игроки для первой команды».

Была такая довольно популярная передача «Слабое звено». К чему я веду. В подготовке игрока от шести до девятнадцати лет работает много людей, и не должно быть того самого пресловутого слабого звена. Нужна такая методика, которая позволит определить, где у нас тот пробел, который не дает результат на выходе. Иногда ведь есть качественный выход, может это случайность?

– И что?

– Тезис «Нужно улучшить качество работы» не работает. Помнится, где-то в средине семидесятых у нас произошла реорганизация. Группы подготовки при команде мастеров были преобразованы в ДЮСШОР. Директором назначили Михаила Васильевича Калинина, а меня завучем. Я отвечал за тренировочный процесс всех возрастных групп. По моей инициативе было принято решение, что наши тренеры едут работать в районы (до этого все работали в одном месте на стадионе «Шахтер»). Так сказать на старом месте осталось только ядро школы. Я объехал все районы города, посмотрел места, где можно проводить тренировки. Провел необходимые переговоры с хозяевами этих объектов, и, получив добро от их руководства стали работать. В этих точках работали тренеры: Юрий Ананченко, Владимир Сафонов, Вячеслав Алябьев…

– Что ни имя, то легенда!

– Да. Так вот из-за того, что дворовый футбол стал терять свои позиции, мы решили отбирать ребят не с тринадцати лет, как было раньше, а с более младшего возраста. То есть планку опустили. Почему? Время стало меняться, «диких» мальчишек стало все меньше, их стали «загонять» в какие-то рамки, в хорошем смысле. Энтузиастов, которые раньше могли тратить по несколько часов на дорогу на «Шахтер» и обратно, становилось все меньше. Да и родители, к этому стали уже относиться по-другому. Поэтому и стали мы работать, если можно так сказать, поближе к дому. Возникла другая проблема, как безболезненно заставить тренеров «изменить географию», работать в разных местах города, ведь некие неудобства для них конечно появились. Нужно было разработать новую систему работы. Мы сели и нашли решение.

– В чем оно заключалось?

– До определенного возраста ребята занимались на местах. А потом лучшие из них, переводились в так называемый центр – то есть на «Шахтер». Мы много раз просматривали каждого футболиста, обсуждали коллективно его перспективы. Со временем определились с критериями перевода в центр. То есть было создана такая вот пирамида. Потом из лучших, мы стали организовывать спецклассы.

Таким образом, мы определяли эффективность работы каждого тренера. Показатель ведь очень простой – сколько человек было переведено из района в центр, то есть фактически в сборную нашей школы. Кто-то давал одного–двух, а кто–то шесть-семь.

– А кто-то ни одного?

– Я не об этом. А о том, что тот тренер, который дал больше игроков в эту сборную того или иного возраста, тот ее и возглавлял. Просто, правда? Хорошо поработал, работаешь в центре с лучшими. Не даешь результат, продолжай трудиться в районе, работай над собой, стремись улучшить свою работу.

– И зачем поломали эту вполне эффективную и демократичную систему?

– Вот поломали. Я ее всячески отстаивал, но кроме, нареканий и выговоров  ничего не получил.   

– Странно.

– Появилась такая тенденция. Приходят в школу новые тренеры, что вполне естественно. Все знают, что раньше те же Пономаренко или Бикезин, брали ребят в тринадцать-четырнадцать лет, которые были уже как-то сформированы, с координацией, мышлением и огромным опытом дворового футбола. Они их отбирали и вели четыре года, обучая и совершенствуя их навыки и задатки.

А что теперь? По каким-то критериям нынешнему молодому тренеру понравился какой-то мальчик. Не знаю, может у него родители хорошие люди, благодарные. И он будет работать с ним много лет. Складываются какие-то определенные взаимоотношения, вот только глаз, что называется «замыливается».  

Вот смотри. Тренер «Х» работает с группой два года, а тренер «Y» будет работать с ней следующие два. По плану. Приходит время передачи от одного к другому. Но если у первого все ладилось, то есть ли смысл передавать группу другому? А у того другого в это же время не все было гладко, мягко говоря. То есть, нужно принимать решение. А оно достаточно очевидно – передача должна произойти. А зачем это нужно? Тупик! Конечно, бывают случайные успехи, впрочем, как и случайные провалы. Это тоже нельзя исключать.

Есть много нюансов. Но скажу одно, если тренер «Y» не дает результата, то передавать ему новую группу нельзя. Угробил одних, угробит и других. Ведь так?

Получается, смена происходит в любом случае, и это губит все дело. Приведу пример, не называя фамилий. Перспективная команда, выигрывает «свой возраст», есть очень хорошие футболисты. Она передается тренеру, который в это же время проиграл все и никто у него не прибавил. Он берет довольно перспективную команду и «хоронит» ее.

- Алексей Митрофанович, в прошлом сезоне команда «Шахтер» (U-19), под руководством Валерия Кривенцова дебютировала в Юношеской Лиге УЕФА. Вышла она из группы, но потом уступила «Арсеналу». Что скажите о ней?

- Команда неплохая, она мне нравится, но в ней нет ярких личностей. 

- То есть, если говорить о детско-юношеском футболе, в первую очередь нужны личности?

- Еще раз повторю, нужна система, чтобы в ней были правильно расставлены приоритеты. Но ее нет. Приведу один простой пример. Когда-то давно я возглавлял школу «Шахтера», и на что мы были ориентированы? На подготовку футболистов-личностей. Мне и моим коллегам было не принципиально, какие места занимали наши команды в украинских или всесоюзных турнирах. Главное было подготовить игрока, который в перспективе будет играть в первой команде. 

- И вы это делали?

- Да. Не имея нынешних космических условий. Как вспомню: и мячей не хватало и формы и много чего другого. Но, тогда у нас работали серьезные тренерские кадры. Ты их знаешь: Пономаренко, Захаров, Головко, Алябьев, Старухин, Сафонов, Ванкевич, Ананченко, Бобошко. Дай Бог, чтобы кого-то не пропустил. Это были люди, с которыми было очень трудно работать. Все известные люди – Имена! 

- И как это давалось?

- Ой, непросто. На наших совещаниях или педсоветах постоянно кипели страсти. Равнодушных не было. Но, как мы уже говорили, в спорах и дискуссиях рождалась истина. И был результат. Мы постоянно проводили теоретические занятия, разбирали содержание тренировочных занятий. Вносили постоянно коррективы в работу. Была настоящая творческая обстановка.

- А кто стоял над вами?

- Председатель облспорткомитета Анатолий Андреевич Кучеров, дай Бог ему здоровья. Кстати, мы с ним дружим и сейчас. Во время встреч, с удовольствием вспоминаем прошлое. Ох, сколько он мне влепил выговоров. Правда, потом говорил: «Алексей, выговор дается для того, чтобы потом его снять». Ведь тогда реакция у людей на такие вещи, была очень серьезная. Помню, даже такой заслуженный человек как Петр Андреевич Пономаренко даже плакал. 

- А вы, как завуч, тоже тренировали?

- Да. Дозволялось иметь полставки. У меня помню, играли такие ребята, как Олег Сердюк, Володя Федоров, вратарь Андрей Кузь. А вообще тогда у нас были подготовлены очень сильные футболисты.

- А давайте перечислим.

- С удовольствием. Сергей Попов, Валерий Кривенцов, Дмитрий Шутков, Андрей Кураев, Саша Коваль, Сережа Ковалев, Сергей Ателькин… Помню, был такой случай, когда в сборной Украины одновременно играли девять наших футболистов. Это ведь показатель! И смотри, почти все были родом из Донецка. А сейчас?

- А говорят у вас в любимцах, в начале тренерской карьеры был Виктор Чанов-младший?

- Было дело. Он меня просто загонял: «Бейте, еще бейте». Можно сказать, что он меня «научил» бить по мячу. Вот это был трудяга!

- Алексей Митрофанович, а может вам нужно продолжить работу?

- Я умею работать и знаю, как добиться нужного результата. Завучем был недолго, потому что когда Калинин ушел в первую команду, я занял пост директора школы. Это я говорю о работе в детско-юношеском футболе, то есть моя деятельность в главной команде, это другая история. Когда, я стал не нужен «Шахтеру», то по предложению Игоря Петрова перебрался в «Олимпик». Сначала я был консультантом, а потом пошел на повышение.

- Сейчас об этом клубе много говорят.

- Да. Так вот, когда я там работал, мы дважды выиграли серебряные медали. Неплохо, да? Но, этому факту я не придавал, большего внимания. Главное – это подготовить стоящего перспективного игрока. У нас тогда играл Игорь Левченко, который стал чемпионом Европы среди юношей. Сейчас в первой команде «Олимпика», который выиграл первую лигу, ворота защищает Заур Махарадзе. Наши ребята, сейчас играют в дублях и «Шахтера» и «Днепра» и многих других командах, я уже не говорю о первой лиге. Значит, мы неплохо работали.

- Скажу честно, от Левченко ожидал большего.

- Это немножко другая проблема. Отсутствие воспитательного процесса, о котором я говорил, сказалось на этом парне. Есть такое понятие, как переход от юношеского футбола во взрослый. Поверь мне, он очень талантливый вратарь, и дело не в его способностях. С этим у него все в порядке. У него проблема, как сейчас модно говорить, с менталитетом. Но и нужно сказать, что вратари это особая профессия в футболе, или каста как говорили раньше. У «Левы» есть проблемы с психологической устойчивостью. Его ставили в основной состав «Зари» и он дрогнул, а не воспользовался таким шансом.

- А Никита Шевченко не дрогнул? Как его хвалил Юрий Вернидуб! А ведь Никита откровенно говорил, что не сомкнул глаз в ночь перед игрой..

- Конечно, доверие окрыляет, особенно вратарей. Но Левченко, мне кажется просто «надул» губы. Уверен, что если он возьмется за себя, он будет играть на высшем уровне. О Хомченовском я уже говорил. И еще одном воспитаннике «Олимпика» просто напомню – Дима Гречишкин. Тут, наверное, комментарии излишни… 

- О легионерах, хотел спросить. Не многовато ли их? Я имею в виду не тех, кто играет в наших больших клубах, а тех, кто выступает за середняков и аутсайдеров вроде «Говерлы».

- Что бы оценивать этот клуб, нужно знать его стратегию. Может там действуют по своему плану и все у них замечательно. Что касается общей тенденции по приглашению игроков из заграницы, то если бы мы правильно работали в плане воспитания своих футболистов, то такого засилья легионеров не было бы. Они нужны, но это были бы только действительно сильные футболисты. Я скажу тебе еще об одной, очень серьезной проблеме нашего футбола, которая тормозит его развитие.

- Это о какой, интересно?

- Слишком много у нас развелось селекционеров, экспертов, агентов, комментаторов, ты уж меня извини. Есть и такие, которые совмещают по несколько из названных видов деятельности. Они, эти «специалисты» разбираются во всем. В судействе, в тактике, в тренировочном процессе – короче все они знают. Я, например, не понимаю, откуда взялось понятие «эксперт». Полистал энциклопедии, словари.

- И что там нашли?

- Эксперт – это специалист, который всесторонне знает то или иное дело. Правильно? Он имеет право давать оценку и делать выводы. А кто такой критик? Тот, который знает теорию того или иного вида деятельности или дела, в данном случае футбола. Он может им даже занимался на каком-то уровне. Я считаю, что нужно правильно называть имеющихся так называемых экспертов, критиками. Это должно выглядеть так: Нагорняк – критик, Леоненко – критик и т.д. Какое они имеют право анализировать работу тренера, скажем Луческу или Рамоса. Вы работали тренерами? Нет. Вы были футболистами и можете быть критиками, но не экспертами. Названные тренеры, много лет тренируют, они имеют достижения, они специалисты.

Впрочем, дело не только в достижениях. Эксперт должен давать и оценки и советы. Так? Вот когда в роли эксперта выступает Арсен Венгер, я понимаю – это эксперт. Когда какие-то заключения делают Моуриньо или Гвардиола, я это внимательно изучаю. Они специалисты и могут быть экспертами. Извини, я не могу часами слушать оценки тех, кто ни одного дня не работал тренером. Еще раз повторю эксперт и критик, это разные понятия. Думаю, что если бы они посидели на тренерской скамейке, то многое воспринимали бы по-другому.

- Как говорил Виктор Евгеньевич Прокопенко: «Такое ощущение, что к скамейке подключено 380 Вольт». Мне довелось быть рядом со скамейкой во время матча Лиги чемпионов «Лацио» – «Шахтер», когда горняки проиграли 1:5, забив первыми. Никогда не забуду!

- А еще нужно сказать о заангажированности наших «экспертов». Это очень раздражает. О какой объективности оценок можно говорить? Я нашим «экспертам» просто не доверяю. 

- Вы и комментаторов вспомнили «незлим тихим словом»?

- Меня раздражают некоторые слова, которые часто слышу в эфире. Например: «шкіряна куля» или «ядро». Откуда вы их берете? Всегда было ясно и понятно – «мяч». Разнообразить игру должны не комментаторы, а футболисты. На месте болельщиков, я бы, наверное, просто выключал звук. Но, без шума трибун, футбол смотреть нельзя. Это будет не футбол. Часто используют уже показ матчей без комментария, только интершум. Это мне нравится. Составы нашел в интернете и наслаждайся футболом. Меня очень раздражает такое используемое часто понятие «вертикальный пас». Это что? По смыслу – полный бред.

Вы представляете шестилетнего ребенка, которому тренер будет рассказывать, что нужно выполнить вертикальный пас? В таком возрасте, и даже более старшем, это называется «запудрить мозги». Ведь ребенок, понимает, и правильно понимает, что вертикально – это вверх, потому что вниз просто не бывает. Так? А еще мальчишке говорят: «Бей щечкой!». А ему мама с папой объясняли, где она находится на теле человека. Это уже взрослый парень поймет, но не ребенок. Или еще часто слышишь: «Точнее!» Что это значит? На метр в сторону или на два? Бедные детки!

- Хотел бы вас спросить о «конспектах Лобановского». Многие тренеры, говорят о том, что они используют методику знаменитого тренера?

- Используют. Но не понимают одного – все, что он писал, было ориентировано тогда на то время и для конкретных игроков, которые были у него в составе. Время идет, футболисты другие, сама игра изменилась. 

- А чем принципиально отличались времена вашей молодости от нынешнего?

- Есть одно очень важное отличие – информация. Сколько раз мы могли увидеть игру знаменитых игроков – Пеле, Эйсебио… Да раз в четыре года! А теперь можно увидеть практически все игры нынешних звезд – Месси, Роналду и т.д. Футбола стало столько, что можно сойти с ума, в хорошем смысле. А ведь теперь есть еще возможности, не только смотреть классный футбол по телевизору, можно поехать куда угодно и посмотреть вживую на стадионе. Об этом тогда можно было только мечтать. Даже ведущие тренеры страны очень редко имели такую возможность. 

- Скажите, как вы объясните, что на многие наши матчи ходят очень мало зрителей. 

- Вот возьмем наш донецкий «Металлург». Команда интересная, достойно выступает, есть хорошие футболисты, а зритель не идет. Мол, говорят, что есть «Шахтер» в городе. Отчасти согласен, но только отчасти. Да согласен, что там, на «Донбасс-Арене» более комфортно, развлекают, пива можно выпить. Это все так. Но всегда ходят на личностей. В свое время ходили на Старухина, Дегтерева, Соколовского. Вот, я недавно смотрел игру «Барселона» – «Осасуна». Лидер против аутсайдера, а стадион полон! Люди пришли не на соперника, а на своих личностей посмотреть – Месси, Иньесту и других…

Зритель стал другой и у него другие интересы. «Металлургу» нужно работать над этим вопросом, и не только ему. Вообще к современному болельщику можно предъявить претензии в плане воспитания. Раньше, после игр говорили о сыгранном матче, о голах или о каком-то игроке. А сейчас? Во-первых, режет уши мат, несмотря что рядом и девушки и дети. Во-вторых, они говорят о чем угодно, только не о футболе. О пиве, о женском поле, но только не о футболе. Перестали воспитывать футболистов, перестали воспитывать болельщиков. Как там по-украински: «Маємо те, що маємо!». Это очень серьезная проблема, и ею надо заниматься. Я не только о футболе в данном случае.

- Давайте, лучше вернемся к основной теме – детскому футболу.

- С удовольствием! У нас в Донецке три футбольных Академии: «Шахтера», «Металлурга» и «Олимпика». Есть, кстати еще футбольные школы. Но крупных – три. Вот они все объявляют набор. В элитную Академию, то есть «Шахтера» приходят, скажем, 120 человек. В «Металлург» где-то 60, ну и в «Олимпик» – 20 ребят. Возникает вопрос. Кому легче отобрать? Говорят «Олимпику». Ведь берут, допустим, 18, то есть отсеять нужно только двоих. 

- Получается, берут практически всех?

- Да. Но каков критерий отбора? Вопрос! А сколько времени дается на этот самый отбор? Два часа. Сколько уделяется внимания каждому претенденту. Немного – особенно в «Шахтере». Получается на каждого 1 минута. Очень ведь простая арифметика: 120 человек разделить на 120 минут. Вот вам и отбор!

- Говорят, что в свое время «не просмотрели» Ваню Ордеца, и только Петр Андреевич Пономаренко его решил его оставить.

- Скажу честно, я не видел в нем задатков футболиста. Он был какой-то нескладный. Мне показалось, что он зажат, игрового интеллекта соответствующего его возрасту я не заметил. Так что в нем я ошибся, но Петр Андреевич меня уговорил. Что-то он в нем увидел. Но говорить, что Ваня выдающийся игрок еще очень рано. Посмотрим.

- Но и Михаил Иванович Фоменко, судя по всему, что-то увидел в нем?

- Безусловно! Он исходит из того, что из всех остальных молодых защитников, Иван лучший. Конечно, желаю ему только роста и удачи! Все в его руках или ногах! А всегда вспоминаю свой собственный пример. Почему тогда предпочли меня, а не кого-то другого. Ведь конкурентов хватало, и у Ошенкова было из кого выбирать. По-моему нас было человек 60.

- И какой находите ответ?

- Сначала скажу, что когда я услышал предложение Олега Александровича, потерял дар речи. Мне тогда казалось, что многие ребята были сильнее меня. Схожая в чем-то ситуация. Я ведь просматривая Ивана, думая о том, будет ли он играть в «Шахтере». Говорить какого эта команда уровня, наверное, не стоит. Вот тебе и критерий отбора! Самый важный фактор при отборе – здоровье. Понятно, что современный спорт вообще и футбол в частности, здоровья не прибавляет, а наоборот забирает. Кстати, я, всегда говорил родителям ребят, об этом важном факторе. Так, что всех 120 претендентов, о которых мы говорили, при условии, что они абсолютно здоровы, нужно оставлять.

- Много. И что дальше?

- Даем всем время, скажем с апреля по сентябрь. Они приходят и тренируются, а мы тренерский совет за ними внимательно следим. Это будет настоящий, если хочешь естественный отбор. Кто-то уйдет сам, кто-то найдет другие причины, кого-то родители отговорят или наоборот мальчик убедит их. Ведь многие папы и мамы не понимают, куда и на что они определяют своих чад. Модный бренд «Шахтера», всякие материальные перспективы, они ведь иногда отрицательно влияют на решение родителей. Порой они не понимают, сколько нужно положить на алтарь здоровья и сил, сколько нужно пролить пота, чтобы стать игроком этого клуба. Ведь в футбол, ради удовольствия можно играть где угодно!

Так вот все это время и должен идти процесс отбора, и на выходе мы получим результат. Вот это будет отбор. А так в один день отбираются, точнее, бросаются в глаза только те ребята, которые имеют большую игровую практику. Они посмелее, если хочешь понаглее. Домашним же детям, сложнее сразу проявить себя. А таких ведь большинство. Ведь как часто бывает – тот мальчик, который выглядел неплохо в первый день, таким и остался, а другой, который сразу был зажатым, преобразился и резко прибавил. И так бывает очень часто.

Ну и дальше, отобрав ребят, нужно все время работать над ними. Смотреть, записывать, анализировать, вести творческий поиск. Необходимо смотреть не только на то, как сыграл сегодня тот иной игрок, а как он будет играть завтра или послезавтра. Не нужно их «засовывать» в какие-то тактические схемы, типа голландских 4-3-3. Кстати почему, только, эта система приветствуется, ведь есть и другие?

Ну и нужно не забывать, что если из них таки не получаться футболисты (а таких было есть и будет очень много) нужно чтобы из них выросли настоящие люди – Человеки. Это очень важно тоже. Из недалекого ребенка, кстати, трудно «сделать» хорошего футболиста. Ведь в футбол играют не только ногами и головой, но и с головой… Нужна кропотливая каждодневная работа. А то, сейчас слышишь очень часто: «Нужно привести игроков команду к общему знаменателю». Даже в плане физической готовности, это нереально. Не говоря уже об остальном…

footclub.com.ua

Комментарии (1)
окуенная вьюха...
Добавить комментарий
от имени