Завтра атаковать ворота Вячеслава Малафеева будет сын знаменитого полузащитника киевского «Динамо» и сборной СССР, обладателя Кубка кубков–1986 Павла Яковенко. В беседе с корреспондентом «Спорта» 25-летний украинский легионер «Андерлехта» Александр Яковенко рассказал, почему он уехал в Европу в 18 лет, какое влияние на его становление оказал отец, а также известно ли в Бельгии о зенитовских проблемах.

— Александр, раньше доводилось бывать в Петербурге?

— Нет, визит с «Андерлехтом» на берега Невы станет первым. С чем ассоциируется Петербург? Если абстрагироваться от спортивной составляющей, то, пожалуй, с историческими памятниками и событиями. Но это именно представления, а каков сейчас Питер, признаться, не знаю.

— А когда последний раз приезжали в Россию?

— В прошлом году, когда со своей командой приезжал на матч с «Локомотивом». (В той игре «Андерлехт» победил 2:0. — «Спорт».)

— Согласны, что Москва — комфортный город? В том числе и для многих европейцев?

— Не знаю, не знаю… Возможно, жить там и комфортно, но я что-то такого заметить не успел. Мы прилетели в Москву ночью, но тем не менее два часа добирались до гостиницы! А потом три часа от гостиницы на тренировку! Комфорт сложно было почувствовать (улыбается).

— Российская премьер-лига в Бельгии популярна?

— Да, один канал еженедельно транслирует матчи. Ведь в России выступают бельгийцы Ломбертс, Витсель, Лежар, а также Буссуфа, ранее игравший в Бельгии. Поэтому интерес к вашему чемпионату есть, в отличие, кстати, от других чемпионатов Восточной Европы — например Польши, Болгарии или Румынии.

— Показывают только матчи ведущих команд?

— В основном лидеров, конечно. Я смотрел матч «Зенит» — «Динамо», знаю, что показывали ЦСКА. Встречу «Ростова» с кем-то из аутсайдеров здесь транслировать не будут. Не в обиду этим командам (улыбается).

— Ваш одноклубник Милан Йованович, поигравший в «Локомотиве», что-нибудь рассказывал о российском футболе?

— Нет, ведь Милан там выступал давно, многое с тех пор изменилось. Поэтому эту тему не обсуждаем. А вот русский язык он не забыл, владеет им очень хорошо — каждый день с Йовановичем общаемся на «великом и могучем».

— Какой в «Андерлехте» рабочий язык?

— Сейчас в основном английский. Наш тренер, голландец Джон ван ден Бром, пока еще французский не освоил.

— Вы сколькими языками владеете?

— Английским — хорошо, голландским — нормально, француз­ским — более-менее. Ну и русским, и украинским, конечно (смеется).

— В России в порядке вещей, когда иностранные футболисты даже спустя много лет по приезде не говорят на русском. В Бельгии с этим строже?

— Все-таки не стоит недооценивать сложность русского языка для многих европейцев. Знаю об этом не понаслышке: как-то дал ребятам текст на русском почитать, так они с выпученными глазами буквы рассматривали. Не понимали вообще ничего. Что же касается бельгийских клубов, то везде по-разному. Чаще все-таки хватает английского — если им игрок владеет свободно, то этого достаточно. Здесь все на нем говорят. Но в некоторых клубах по-другому, больше это относится к фламандской части страны. Когда я пришел в свой первый бельгийский клуб — «Льерс», то по условиям контракта должен был дважды в неделю с преподавателем изучать голландский.

— Насколько известно, Буссуфа, когда приезжал в Бельгию, тренировался с «Андерлехтом». О России полузащитник «Анжи» что-то рассказывал?

— Как я понял, ему там все нравится. И сам футбол, и жизнь в Моск­ве. Не слышал, чтобы его что-то тяготило, в частности непривычно большие расстояния и длительные перелеты.

— Как ему наш чемпионат по сравнению с бельгийским?

— Мбарк отметил, что в России повыше скорости и больше атлетизма. И что играть там совсем непросто.

— У вас, кстати, предложения из России были?

— Этими вопросами занимается мой агент Андрей Головаш, и если бы появилось что-то конкретное, он бы мне сказал. Но я о предложениях российских клубов не слышал.

— Тем не менее наверняка осведомлены о заработках в России. Поехать туда для игроков из бельгийского чемпионата — заманчивая перспектива?

— Смотря из какого клуба. Если из «Андерлехта», то сильно сомневаюсь, что кто-то позарится на предложение российской команды, которая не входит в число ведущих, не выступает в еврокубках. В нашем клубе финансовых проблем нет, здесь готовы платить хорошие деньги. А вот ребята из бельгийских команд, не входящих в пятерку, вполне могут заинтересоваться предложением от российского середнячка. Если же приглашает, например, «Зенит» или ЦСКА, то это совсем другое дело. Неслучайно наш Матиас Суарес вел переговоры с армейским клубом. Не знаю, перейдет он или нет, но интерес к аргентинцу был. Хотя, насколько мне известно, Суаресом и «Бавария» интересовалась. Но с немцами что-то не сложилось.

— Российская действительность в самом деле отпугивает потенциальных легионеров из Бельгии?

— Есть такое дело. Все-таки надо признать, что уровень жизни в большинстве российских городов сильно отличается от того, к чему люди привыкли в Бельгии. А ведь футболисты думают не только о себе, но еще и о том, насколько комфортно будет их семьям. Потому нередко именно это становится весомой причиной отказа от предложения из России.

— Вы говорите о комфорте, но происшествие в Бельгии с игроком «Терека» Джонатаном Лежаром потрясло едва ли не всю Европу. Что говорили об этом в «Андерлехте»?

— Переживали за Лежара. Ведь все понимали, что в ситуацию он попал очень плохую.

— Кто-нибудь понял, зачем Лежар на своем автомобиле Porsche Panamera въехал в здание магазина на АЗС? В результате происшествия пострадал человек...

— Я видел, как Джонатан разговаривал с нашим вратарем. И насколько понял, он совершил это не специально. Пытался тормозить, но на территории или масло оказалось разлито, или какая-то другая жидкость — было очень скользко. Вот он и въехал в помещение.

— Странно слышать о случайности. Сказано было, что он воспринял этот инцидент со смехом. Решил пошутить?

— Нет, никаких шуток там не было. Все было серьезно.

— Что теперь грозит Лежару со стороны правосудия?

— Наверняка лишат водительских прав на несколько лет. Без серь­езного штрафа, думаю, тоже не обойдется.

— Тюремное заключение возможно?

— Вот это точно не ко мне вопрос (смеется.)

— Для Бельгии подобное происшествие — исключительное?

— Да, здесь такое большая редкость.

— Как в Бельгии относятся к возможному объединению с голландским чемпионатом?

— Всерьез не обсуждают. Информацию по этому поводу я читал только на русскоязычных сайтах. Хотя мне такая идея по душе. Будет гораздо интереснее, если придется часто играть с «Аяксом», ПСВ, «Фейеноордом», «Твенте». Хотя я пока не представляю, каким образом все это может быть организовано, как быть с клубами из нижней части таблицы.

— В чем главные различия двух чемпионатов?

— Они есть, и очень заметные. В первую очередь это касается результативности: в Голландии очень открытый футбол, во многих матчах забивается много голов. А у нас в Бельгии действуют гораздо строже тактически, хватает борьбы и не редкость, когда бомбардир из Голландии переходит в бельгийский чемпионат и его результативность сильно падает. Справедливо будет сформулировать так: у них турнир более зрелищный, но в нашем играть тяжелее.

— У вас есть желание играть в более сильном чемпионате?

— Сейчас я об этом вообще не думаю. У меня контракт с «Андерлехтом», и все мысли заняты тем, как помочь команде лучше выступить во всех турнирах. Вот стану свободным агентом, появятся предложения от клубов из других стран — тогда можно будет и порассуждать. Но не сегодня.

— Я же не просто так спросил: ведь играй вы в чемпионате рангом повыше, наверняка и шансов заиграть в сборной было бы больше...

— Таких сопоставлений я точно не делал. Моя задача — проявлять себя как можно лучше. А уж достоин я приглашения в сборную или нет, вправе решать только ее тренер.

— У сборной Украины скоро будет новый наставник. Рассматриваете это как дополнительный шанс для себя?

— Тоже нет. В данном случае меня заботит только одно — чтобы сделали правильный выбор и наша сборная получила от этого максимальную пользу. Главное — ее результаты. А со мной в составе или без меня — дело второе.

— Как бы вы отнеслись, если бы сборную возглавил ваш отец Павел Яковенко?

— Я таких разговоров не слышал. Могу сказать одно: считаю своего отца очень хорошим специалистом.

— Он помимо основной работы с молодежной сборной и ваши матчи наверняка разбирает?

— Видеть их у него редко получается, но я после каждой игры звоню отцу, рассказываю подробности, он что-то может подсказать. А когда все-таки ему удается посмотреть, то отмечает, где я сыграл хорошо, а в каких моментах стоило действовать по-другому.

— Тяжело, когда отец профессиональный тренер?

— Наоборот — я считаю, что мне очень повезло. Это ведь здорово, когда близкий человек может профессионально разобрать игру, рассказать, над чем надо особенно работать, да еще и посоветовать — как именно.

— Какое влияние Павел Яковенко оказал на Александра Яковенко?

— Пожалуй, определяющее. С детства отец много со мной занимался, можно сказать, вел как наставник. Думаю, не будет преувеличением, если скажу: всем, что умею в футболе, обязан отцу.

— В игроцкие годы Павел Яковенко имел репутацию очень выносливого, атлетичного футболиста. По признаниям некоторых бывших киевских динамовцев, с ним даже на тренировках в спаррингах никто не хотел соревноваться — тяжело приходилось. Что-то в футбольном плане вам от Яковенко-старшего с генами перепало?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Во-первых, у нас разные позиции — отец играл в середине поля, много отрабатывал в обороне, был и в атаке креативен, с мячом хорошо обращался. Но его матчей почти не видел — смотрел уже в записи. Я же нападающий, у игроков этого амплуа другие козыри. Так что со стороны виднее, в чем мы на поле похожи и что мне передалось от отца. Выносливость? Не знаю. Опять же на разных позициях она по-разному проявляется. Мне пока никто не говорил, что я чем-то сильно похож в игре на Павла Яковенко (улыбается.)

— Предлагаю вернуться на семь лет назад и вспомнить, как вы оказались, будучи совсем юношей, в Европе...

— Я всегда хотел выступать в сильном европейском чемпионате, и мой выбор был вполне осознанным. У меня ведь сначала наклюнулся вариант с немецким «Шальке». Но в Гельзенкирхене не было второй команды, а рассчитывать, что буду играть в первой, — проблематично. Все-таки мне тогда только восемнадцать исполнилось. А в таком возрасте, чтобы расти, надо играть. Поэтому посоветовались с отцом и агентом и решили, что «Льерс» будет достойным вариантом.

— Уровень бельгийского чемпионата не смущал?

— Нисколько! Я же видел, сколько игроков отсюда востребованы в той же Германии или Англии. Вот и рассматривал это в том числе как возможность со временем обратить на себя внимание клубов из ведущих чемпионатов Европы.

— Родители не боялись отпускать вас одного на вольные хлеба в восемнадцать лет?

— Так в Европе же безопаснее, чем в России. Чего там бояться!? (Смеется.)

— Что вам Европа дала кроме футбола?

— Выучил три языка, освоил европейский менталитет. При этом сразу замечу, у меня самого менталитет не поменялся. Нельзя сказать, что уезжал я одним человеком, а стал совершенно другим. Нет. Я ведь приехал в Бельгию не маленьким мальчиком.

— То есть, приезжая на родину, шока от действительности не испытываете?

— Нет (улыбается). Я ко всему привычен. И комфортно себя чувст­вую везде — хоть на Украине, хоть в Европе.

— Вернемся на футбольное поле. Вы только перед этим сезоном вернулись в «Андерлехт» после двух лет аренды. Как считаете: действительно раньше уступали конкурентам или все дело в тренере Ариэле Якобсе, который тогда оказался не на вашей стороне?

— Скажу простую, но в то же время принципиальную для футбола вещь: любому игроку нужно доверие тренера. Когда его нет, когда ты не имеешь права на ошибку, то и показать себя в полной мере вряд ли сможешь. Как бы я ни старался при Якобсе, настоящего шанса не получал.

— Ван ден Бром этот шанс пообещал?

— Он сказал иначе — что оценивать всех будет с чистого листа. Без оглядки на прошлые заслуги. В таких условиях заиграть намного легче.

— Сразу после жеребьевки группового турнира вы говорили в интервью «Спорту», что на выход в плей-офф будут претендовать все четыре команды. Но, наверное, вряд ли ожидали, что после двух туров «Зенит» окажется на последнем месте с нулем очков?

— Тогда я еще отметил «Малагу» — сказал, что мы получили самого сильного соперника из четвертой корзины. И пока результаты испанцев мои слова подтверждают. Что касается «Зенита», то его в любом случае рассматривали как очень серьезного соперника. Особенно после прихода Халка с Витселем. Поэтому, признаюсь, крупное поражение питерцев в Малаге удивило.

— А домашнее от «Милана»?

— Уже меньше. Сколько бы о проб­лемах итальянцев ни говорили, это все равно очень сильная команда. С богатейшим опытом выступлений в Лиге чемпионов и хорошим подбором игроков. «Милан» при любом раскладе остается крепким орешком для всех. И удивляться его победе в Питере не пришлось.

— Как тогда в «Андерлехте» восприняли ничью в Милане?

— Двояко. С одной стороны, ничья на выезде в Лиге чемпионов — хороший результат. Но сама игра сложилась так, что ничем удивить или уж тем более поставить нас в тупик итальянцам не удалось. Мы вполне могли и выиграть. Впрочем, если рассуждать объективно, и «Милан» мог добиться победы.

— Есть опасение, что свой лимит неудач «Зенит» уже вычерпал и «Андерлехт» попадется ему на «Петровском» под горячую руку?

— Абсолютно нет. Вообще не вижу никакой связи между предстоящей встречей и результатами первых матчей «Зенита». Это ведь Лига чемпионов! Сам факт участия в ней престижен и подразумевает максимальный настрой всегда. Уверен, будь у «Зенита» сейчас даже шесть очков, от этого нам бы легче не стало. Подопечные Лучано Спаллетти точно так же были бы настроены на победу и сделали бы для нее все возможное.

— Кстати, о конфликте Игоря Денисова с руководством «Зенита» в Бельгии знают?

— Да, здесь это всем известно. Но, предупреждая ваш вопрос, сразу скажу: данную тему комментировать не готов. Не дело игрока другой команды давать оценку ситуации у соперника.

— Скажите тогда, как оценивает этот конфликт бельгийская пресса.

— Даже не знаю. Я местную прессу не читаю. Могу только заметить, что о подобных разногласиях в мест­ных клубах не слышал.

— Какая задача-минимум у «Андерлехта» в Петербурге?

— На весь турнир у нас задача-минимум — выйти в Лигу Европы. Но стремимся мы, конечно, в плей-офф Лиги чемпионов. И потому в каждом матче у нас только одна задача — победить. Это касается и матча на «Петровском».

— Слабости питерской обороны уже знаете?

— Пока мы «Зенит» вообще не разбирали. Думаю, с понедельника начнем подготовку к матчу с питерцами, нам тренер все расскажет, укажет на слабости в обороне соперника и, возможно, разберет особенности игры каждого защитника. Но это, повторю, дело тренера. Я же уверен, что в среду болельщики получат удовольствие от футбола.

sportsdaily.ru